Выбери любимый жанр

Дело об опеке - Далин Максим Андреевич - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

— Итак, господин Сибирцев, вы по-прежнему возражаете против возвращения госпожи Зяльи на родину?

— Простите, господин дознаватель, это не совсем точно. Мне представляется, что дома Зялья окажется среди абсолютных незнакомцев… а я ей свой. Я знаю, что Зялья еще не достигла возраста принятия решений, но все-таки не могу позволить господам из Совета совершенно игнорировать ее собственные желания…

— Все это должно означать, что домой она не хочет?

— Нет, господин дознаватель. Она не хочет домой одна. Ей страшно, что естественно для индивидуума этого возраста. Я надеюсь, что смогу сопровождать ее на Ахон… я подал заявку на вступление в миссию… КомКон ее рассматривает.

— А госпожа Зялья все это время продолжает находиться в условиях, неестественных для представителей ее расы?

— Ха! Забавно, простите. Очевидно, с такой точки зрения, любой астронавт находится в условиях, неестественных для представителей его расы. А случай Зяльи уникален… еще неизвестно, какие условия лично для нее естественны.

— Послушайте, господин Сибирцев, я только хочу понять вашу странную логику. Условно говоря, почему вы пытаетесь мне доказать, что маленькому крокодильчику будет лучше жить с зебрами? По-моему, и зебры, и крокодильчик от этого только проиграют.

— А по-моему, это крайне спорная аналогия. Чем это ахонцы напоминают крокодилов? Или это земляне у вас с зебрами ассоциируются? Вы вообще ахонцев когда-нибудь видели? Не говоря уж о том, что некорректно сравнивать наших союзников с животными вообще-то…

— Ладно, оставим это. Продолжим. Как бы то ни было, мой долг — установить границы в вашем желании поступать по-своему в отношении ксеноморфа, даже если это ребенок.

А ведь землянин ко мне не расположен — вот что удивительно. С ахонцами я бы договорился — если бы мне позволили. Все это — дурная бюрократия именно Земли, одна из чудовищнейших сил Галактики; в ход пускаются терабайты информации — кодексы, начиная с законов Хаммурапи, вороха прецедентов, газетные статьи, политкорректность в качестве оружия и девиз «Как бы чего не вышло» — чтобы разлучить меня с моим ребенком.

Как мне не хватает Гн-Ктанга! Кулаком по столу: «Замолчите и слушайте!» — рыцарь обычно производит неизгладимое впечатление на чиновников, они просто пугаются и думают быстрее… Если так поступлю я, все выйдет с точностью до наоборот — Зяльку немедленно отнимут у свирепого чудовища силой… Дождались спасения…

Дайте же мне, наконец, поговорить с ахонским консулом, сволочи!

— Насколько можно судить по предоставленным мне документам, вы не были членом исследовательской экспедиции?

— Да, я не был. Я был вторым пилотом на «Денебе», который должен был доставить членов экспедиции до места и вернуться на Землю.

— То есть — я подчеркиваю — вы не биолог, не ксенолог и не можете квалифицированно общаться с инопланетянами?

— В юности я окончил курсы ксенологов для пилотов дальних рейсов. Имею диплом. Принести?

— Пока не надо. Это будет принято к сведению. Экспедиция была интернациональной?

— Да. Земляне и ахонцы.

— А кундангианец?

— Как и я, не входил в состав экспедиции. Был бортинженером… и моим близким другом, если это представляет интерес для суда. Гн-Ктанг и я — мы вместе четыреста восемьдесят парсек накрутили… в одном экипаже…

— Это не имеет отношения к данному делу.

— Простите, господин дознаватель. Я думал, это имеет отношение к моему умению общаться с инопланетянами.

— Меня больше интересуют ваши отношения с госпожой Тьяньей. Если вам хочется говорить об инопланетянах — говорите о ней.

— Очень хорошие были отношения. Можно сказать, неофициальные. У госпожи Тьяньи было довольно много свободного времени; она посещала меня в часы, свободные от вахт.

— Вот как…

— Она просто интересовалась старинной земной музыкой, а я располагал обширной коллекцией записей…

Да, она была большая меломанка, Тьянья… царство небесное — или что там у них. Обожала древнюю музыку с выраженными низкими частотами — орган, рок… Я немножко утрировал ей басы в звучании — а она жмурилась и только ухом не жалась к динамику. Да, она была очень милая. Бета Стаи…

— Будьте добры пояснить мне встречающееся в вашем докладе выражение «Стая» в отношении группы ахонцев.

— Ну… Грубо говоря, Стая — это семья. Собственно, любое устойчивое сообщество ахонцев можно рассматривать, как семью, потому что в нем тут сразу заводятся родственные связи и соответствующая иерархия — иначе сообщество распадается. Естественно, в экспедиции важна психологическая совместимость — поэтому Стая на «Денебе» была уже слетанная, проверенная… Альфой Стаи — командиром группы, мы бы сказали — был господин Чьень… я думаю, Зялья — его дочь.

— Вы думаете?!

— Ох… считается, что это у меня нет ксенологической практики… Неужели трудно было хоть почитать что-нибудь?

— Господин Сибирцев, ближе к делу.

— Хорошо. Я хотел сказать, что в большинстве культур на Ахоне вообще отсутствует понятие отцовства, оно их не интересует, да и материнство не особенно принципиально. С точки зрения ахонцев, Зялья — дитя Стаи и все. Близость с матерью продолжается, пока ребенка выкармливают — а потом она превращается в близость со Стаей. Вот что я имею в виду: Зялья считает Стаей меня. Переход из Стаи в Стаю — драматичен и непрост. Она боится, а вы…

— Господин Сибирцев, продолжайте по существу вопроса.

— Ладно, ладно. Ну так вот, госпожу Тьянью очень уважали в Стае — поэтому, говоря нашим языком, она имела много поклонников. Вступала в интимные связи фактически со всеми членами Стаи противоположного пола. Поэтому я не уверен, конечно, что Зялья — дочь Чьеня. Просто она немножко похожа на него — рыженькая такая…

1

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор